Со скамьи на скамью

По подозрению в организации акции на Манежной площади 11 декабря 2010 года, во время которой произошла драка футбольных болельщиков с ОМОНом, закончившаяся не в пользу милиционеров, был арестован Илья Кубраков, молодой человек 1996 года рождения. Напомним, милиция была вынуждена пойти на переговоры, чего раньше никогда не происходило при массовых акциях протеста. В массовом сходе участвовало около 10 тысяч футбольных фанатов и националистов. Поводом для акции стало убийство болельщика ФК "Спартак" Егора Свиридова выходцами с Северного Кавказа.

12 декабря на Судостроительной улице у дома номер 11 было обнаружено тело гражданина Киргизии, погибшего от ножевых ранений. В этом убийстве также обвиняют Кубракова. Арест предполагаемого организатора беспорядков и подозреваемого в убийстве санкционировал Симоновский суд столицы. По словам пресс-секретаря суда Олега Шассаева, арестованы еще трое участников беспорядков: Владислав Гурьянов, 1994 года рождения, Михаил Кузнецов, 1993 года рождения, и Роман Логвин.

Мы побеседовали с другом Ильи Кубракова Дмитрием.

— Привет, расскажи, почему Илья поехал на Манежную площадь?

— Его туда позвали, попросили мегафон захватить, он еще пару друзей звал пойти вместе с ним для прикола, посмотреть, что будет, и всё.

— Ты говоришь, он поехал "для прикола". А в чем прикол? Ведь была же акция памяти фаната "Спартака"...

— Прикол в движе. Ему было интересно, что там будет. Илья не правый, то есть не совсем правый, но не наци. Он особо не разбирается в политике, ему просто нравится движ. Он даже не фанат "Спартака", он за ЦСКА болеет.

— Что значит движ?

— Это когда есть на что посмотреть. Не унылое говно скучных пикетов у метро, а настоящий кипеж. Короче, после того как фанаты перекрыли Ленинградку, стало ясно, что на Манежке будет движуха.

— Давай уточним, Илья состоит в каком-то движении болельщиков или в какой-нибудь организации?

— Нет.

— Его подозревают в организации погрома у Кремля. Возникает вопрос: как ему удалось собрать несколько тысяч человек?

— Он ничего не организовывал, он тусовщик, пошел посмотреть, не удержался и влез в говно. Ему 14 лет, он п***юк малолетний, он даже организовать свою днюху толком не может. Его обвиняют просто потому, что нужно найти крайнего, а этот дурак потащил туда мегафон. Засветил свой ***льник, повыпендривался перед камерами. А для ментов плакат — значит организатор, мегафон тоже.

Одел бы маску, не узнали бы его менты. А так засветил… Его узнали и взяли. Вы видите, уже прошло сколько времени, а за него никто не впрягся. Если бы он гонял за какую-то фирму, уже бы начался движ в его защиту. А тут тишина. Хотя его невиновность на виду. Да и по закону за массовые беспорядки не могут брать 14-летнего.

— Но суд вынес решение об аресте. Значит доказательства у следствия серьезные.

— Нет у них никаких доказательств. Чтобы арестовать Илюху, повесили на него убийство. Запугали. Он подписал признание. Мать его то же самое говорит. Я до сих пор не знаю, в чем он там признался. На видео он только скандирует, горцев он не бил, с ОМОНом не сражался. Не его весовая. Покричал и всё.

— По-твоему, убийства не было?

— Я не знаю. Убийство, может, и было, но то, что Илюха не при делах, точно. Это просто подстава. Какой он убийца? Илюха не агрессивный, нож с собой никогда не носил, да и в драках всегда проигрывал. Короче, это все обычный п***еж. У них нет доказательств, поэтому будут выбивать признание, чтобы оставить его под арестом.

— А Логвин, Кузнецов и Гурьянов — это друзья Ильи?

— Я не знаю. У него было много знакомых из разной среды. Он общался с правыми и с антифа, с экологами и вегетарианцами. Его все интересовали. А так как он был добродушный болтун, его везде были рады видеть.

— Ты сказал, что его узнали. Кто его узнал?

— Цэпээшники. Скорее всего.

— Получается, борцы с экстремизмом знают Илью в лицо?

— Я же сказал, что Илья со всеми. Я вот, например, с ним ходил вместе на акции в поддержку антифашистов Солопова и Гаскарова, с анархами ходили на шествие 7 ноября в этом году. С правыми он против мечети ходил, в Люблине. Но я не знаю точно, я не хожу на их акции. Он во многих акциях участвовал с разными движениями, его задерживали, конечно. Так что у них на него есть досье. Они очень смелые люди, борются как раз с такими, как я или Илья, — школьники ведь очень опасные экстремисты (смеется).

— Как думаешь, чем в итоге дело закончится? Что бы ты хотел сказать судьям или читателям?

— Короче, к суду обращаться бесполезно. Я бы хотел сказать, что так нельзя. Я, конечно, понимаю, что у нас в стране почти всех вот так сажают. Но так нельзя. Неужели вы не видите, что это дело — просто подстава? Схватили того, кого можно заставить подписать всё, что нужно. Илья — не Гаскаров, за него вступиться некому, у матери на хорошего адвоката денег нет. СМИ совершенно не обращают внимания на его возраст и, как заведенные, рисуют из него опасного преступника. А ему всего 14 лет. Вы что, с ума все посходили?

Алексей Сочнев